А ведь Алексей Алексеевич был не просто царским офицером. Дворянин с родословной длиной почти в семь столетий. Среди его дальних родственников числится митрополит Алексий, правивший Московским княжеством в середине XIV в. и признанный святым в 1428 г. Прадед Игнатьева — герой Отечественной войны 1812 г. В общем, аристократ. Белая кость, голубая кровь. И его книга выходит в пролетарском государстве. Не бывает!

Тем не менее это факт. Как и то, что Алексей Игнатьев может быть занесён в любую книгу рекордов как дважды генерал-майор. Впервые он получил большую звезду на погоны в сентябре 1917 г., будучи офицером Генштаба Императорской армии. И вторично был представлен к этому званию в 1940 г., но уже как офицер Рабоче-крестьянской Красной армии.

А в промежутке было многое. Офицер Игнатьев работал в Париже — курировал закупки вооружения и боеприпасов для России, серьёзно завязшей в Первой мировой войне. После Февральской революции и отречения Николая II он публично произнёс фразу, которая взбесила очень многих: «Царь нарушил клятву, данную в моём присутствии под древними сводами Успенского собора при короновании. Русский царь отрекаться не может». Но это были только цветочки. В 1924 г., почти сразу после установления отношений между СССР и Францией, Игнатьев нанёс визит советскому полпреду в Париже Леониду Красину. О чём именно они говорили — бог весть. Но результат впечатлил всех.

Игнатьев распоряжался деньгами Российской империи, выделенными на закупки. После революции он переоформил банковские счета на своё имя и свёл их в один, но очень большой — 225 млн золотых франков. Чтобы был понятен масштаб, лучше перевести эту сумму не в нынешние рубли или доллары, а в золото из расчёта один франк — 0,774 г. Получается, что Игнатьев владел золотом общим весом 174 тонны 150 кг. Теоретически он мог бы распорядиться им как угодно — средств хватало даже на небольшой, но комфортный остров. Но вышло иначе. Аристократ и белогвардеец отдал всю сумму молодому советскому государству. Всю, до единого сантима! Взамен просил одного: «Лучшей наградой для меня будет советский паспорт, возможность вернуться на Родину и вновь служить России».

Из-за этого его прокляла мать: «На мои похороны даже не являйся». Из-за этого в него стрелял родной брат — пуля пробила фуражку в сантиметре над головой. До 1937 года он числился в советском торгпредстве, на самом деле занимаясь агентурной работой, теперь уже для советской разведки. В его руках находились десятки разведчиков-нелегалов, специалисты для работы под прикрытием в официальных организациях — серьезная агентурная сеть. В том же 1937 г. он попал на парад, посвящённый 1 Мая. «Я оказался на брусчатой мостовой Красной площади, за малиновым бархатным канатом у Мавзолея. Какая честь! Какая честь!»

В Москве Игнатьев официально курировал языковые курсы для командного состава РККА, заведовал кафедрой иностранных языков Военно-медицинской академии, а с октября 1942 года являлся редактором военно-исторической литературы Воениздата НКО. По сравнению с прошлой кипучей деятельностью, для него это была незначительная работа. Однако по неофициальным данным граф продолжал заниматься внешней разведкой, и был на хорошем счету у Сталина. Как говорят, бывших разведчиков не бывает. Царский офицер, «классовый враг» Советской власти не только спокойно работал, но и занимался творческой деятельностью.

Во время Великой Отечественной войны граф оказывал неоценимую помощь Красной Армии. В 1943 году по личному указанию Сталина Алексею Игнатьеву присвоили звание генерал-лейтенанта. Также существует мнение, что именно по совету Алексея Алексеевича в армию вернули погоны. В 1947 году командование удовлетворило рапорт об отставке, и граф вышел на пенсию в возрасте 70 лет.

Он уезжал в СССР, сопровождаемый проклятиями и пожеланиями «сгинуть в красных лагерях». Но вышло по-другому. Генерал-лейтенант, ветеран Великой Отечественной войны и командор ордена Почётного легиона Алексей Игнатьев умер в Москве в 1954 г и был похоронен на Новодевичьем кладбище.